Поиск

«Әйтүең кыйсса»: татарский язык в творчестве АИГЕЛ, Радифа Кашапова, Рената Туктарова, Иделии Мухаметзяновой

В нашем обзоре — четыре современных российских исполнителя с татарскими корнями. В своем творчестве они используют три языка — английский и русский — как языки общемирового и российского контекстов, и татарский — язык этноса, к которому они принадлежат.

«Татарский как будто архивирует смысл в меньшее количество букв и делает тем самым этот смысл гуще и эффектнее». Айгель Гайсина, Радиф Кашапов, Ренат Туктаров, Иделия Мухаметзянова делятся с Татполит со своими ощущениями от работы с татарским текстом.

Поэтесса и певица из Набережных Челнов Айгель Гайсина получила всероссийскую известность после выступления в эфире программы «Вечерний Ургант» на Первом канале. Композиция «Татарин», созданная певицей совместно с электронным музыкантом Ильей Барамией, стала всенародным хитом. Электронный хип-хоп дуэт АИГЕЛ, появивишись в начале 2017, буквально за год начал собирать большие концертные площадки. Многие музыкальные эксперты и авторитетные СМИ назвали проект «открытием года».

Айгель Гайсина в Татарстане известна как переводчик стихов татарских поэтов на русский язык. Не часто использовала татарский в собственном творчестве, но родной язык в нем всегда присутствовал. Так, в альбоме предыдущего коллектива Айгель Гайсиной — набережнечелнинской группы «Так красиво темно» можно услышать психоделическую композицию «Төньяк балкышы» — татарский язык, непонятный для большинства слушателей, придает атмосфере песни еще больше нереальности. В «Татарине» часть текста звучит на татарском. В дебютный альбом проекта АИГЕЛ «1190» также вошла композиция «Көтәм». В августе 2017 группой был выпущен сингл «Буш Баш». Клип на эту композицию будет представлять Россию на Berlin Music Video Awards. Впервые в истории этого престижного фестиваля в нем участвует композиция на татарском языке.

Айгель Гайсина, «АИГЕЛ»:

Я с детства сочиняю на татарском, но редко. С одной стороны этот язык по афористичности мне кажется близким к английскому — очень много коротких, часто односложных, емких слов, которые превосходно рифмуются друг с другом. (Для меня всегда было загадкой, почему татарские поэты пренебрегают рифмованием первой и третьей строчек четверостишия — ведь язык позволяет невероятно легко рифмовать и более того, не идти на поводу у рифмы, а выражать с ее помощью именно то, что изначально было задумано). С другой стороны — лично меня этот язык ограничивает в деталях. На нем хочется придумывать такими вселенскими размашистыми мазками, граничащими с пошлостью, хочется говорить какие-то простые истины и они звучат круто, а в переводе на русский — скучно. С английским похожая ситуация — фраза в три слога прямо разрезает воздух своей прямо такой жгучей ясностью, а переведешь на русский — она превращается в общее место. Татарский как будто архивирует смысл в меньшее количество букв и делает тем самым этот смысл гуще и эффектнее. В русском из-за его несобранности и многобуквенности истина размазывается и теряет свою остроту. И тогда поэт начинает подключать метафоры, акцентирует какие-то мелочи — и, наверное, в конечном счете, для меня это ближе чем сыпать афоризмами. Поэтому я больше пишу на русском. Татарский же легко поется, опять же благодаря обилию односложных слов, он кажется мне очень красочным, хлестким, но и ласковым. Это идеальный язык в случаях, когда написана музыка и к ней нужны слова. В таких ситуациях русский текст у меня ложится вымученно и коряво в 90% случаев, а татарский и английский очень легко вплетаются. И конечно татарский звучит круто, секретно, шамански, природно, а английский — пластмассово и нечестно, потому что он не родной и может превратить твою музыку в кривляние, подражание и непрошеный компромисс.

Мне кажется татарская электронная музыка это очень круто и неизведанно. Такая андеграундная, независимая, сама из себя произрастающая — не из переводов русской клубной попсы, а из тишины и ритма этой речи, заложенной в ней наивности и мудрости. Причем я не хочу пентатоники и прочей народной мишуры, а вот хочу слышать что-то такое совершенно аутентичное. Есть такая финская группа paavoharju. Они поют на родном языке и звучит это завораживающе. Мне кажется татарский способен придать музыке столько же волшебства.

К татароязычным моим песням отношение очень внимательное и сотворческое в русскоязычной аудитории, а татароязычная аудитория редко попадает на выступления и дает фидбек, но судя по отзывам в сети, мои татарские песни под гитару намного охотнее слушаются теми, кто живет и мыслит на татарском. Электронные эксперименты кажутся им любопытными, но не душевными.

Российской публике Иделия Мухаметзянова стала известна в 2012 году после выступления в проекте Первого канала «Голос», где она превосходно исполнила композицию Let it be легендарного квартета The Beatles. В 2015 участвовала в шоу «Главная сцена» на канале «Россия 1». В эти же годы певица стала сотрудничать с группой «Шурале», исполняющей татарские и башкирские народные и авторские песни в стиле world music. В 2014 группа записала саундтрек к фильму московского режиссера Гаяра Нуриманова «Мәхәббәт ул йөрәк эше».

Иделия выросла в Ульяновске в семье музыкантов. Воспитывалась на народной татарской и классической музыке. Еще во время учебы в музыкальном училище в родном городе проявила себя как талантливая исполнительница джаза. В составе коллектива «Академик бэнд» выступала в Словении и США. В 2011–2015 годах обучалась в РАМ им. Гнесиных на отделении эстрадно-джазовое пение. Сейчас Иделия активно выступает, пишет авторский материал, а также преподает в школе Musical Wave.

Иделия Мухаметзянова:

До 4 лет говорила только по-татарски, не понимая ребят с улицы, позднее, общаясь с маленькими русскими детьми, стала забывать татарский. Училась в русской школе, в деревню почти не ездила, но дома бабушка и дедушка, мама и папа со мной всегда говорили и говорят по-татарски, либо смешанной речью. Но сейчас я не разговариваю особо по-татарски, но понимать — понимаю, правда, только мишарский диалект.

С самого детства слушала классическую музыку, просила купить мне кассеты с музыкой Чайковского, Баха, Бетховена, Брамса. Тут важно сказать, что мой папа профессиональный музыкант, баянист с консерваторским образованием Наиль Мухаметзянов. В свое время играл с Расимом Низамовым, с Ильсафом, Ханией Фэрхи и Салаватом. Само собой, что с утробы я воспитывалась на партитах Баха и, конечно же, на татарской народной музыке. Мама моя певица Римма Мухаметзянова, у которой за плечами множество наград в конкурсах, в начале 2000-х ее песни часто звучали на радио в Казани.

Со временем я стала, как и все, наверное, после школы, смотреть канал МТВ, тогда там было много интересных клипов группы Gorillaz, Alicia Keys, Britney Spears и других.

Мой путь к родной музыке был долгим, меня пытались заставить что-то петь, выучить «Сарман» [татарская народная песня] и т. д., но со мной такой метод не работает. И мои родители поняли, что я должна созреть для этого. Обучаясь в музыкальном училище, пару раз у меня были потуги спеть какие-то мамины песни на конкурсах или на экзамене, но только потому, что русских песен эстрадных крайне мало, и чтобы удивить, приходилось удивлять татарскими песнями.

Первое мое осознанное желание сделать что-то на основе татарской мелодики, появилось в 2011 году, когда я впервые посетила США. Тогда меня одолела тоска по дому, по музыке русской и как-то мне вспомнилась татарская песня и я стала с ней экспериментировать. На тот момент я уже 4 года обучалась на джазовом отделении и пела в основном традиционный джаз, госпел, соул и подобные направления. И вот тогда я попыталась соединить элементы мелодии татарской с гармонией так называемой «западной». Но это так и осталось лежать в столе.

А вот после проекта " Голос», когда меня нашла группа «Шурале» и предложила сделать пару песен вместе, я согласилась, ведь это так интересно заниматься синтезом, создавать что-то новое, взращивая его из древних корней.

В чем уникальность татарской музыки? Считаю, что было бы националистично, если бы я сказала, что татарская музыка уникальнейшая или что по сравнению с той-то и той-то музыкой лучше. По моему мнению, любая этническая (народная) музыка уникальна. Она прошла сквозь многие столетия, она является собственно отражением жизни народа. Она натуральна во всей своей красе. И именно она может идентифицировать народ. В татарской музыке, главное это душа, конечно же. Но, на мой взгляд, она еще и не до конца изучена, все мы знаем, что на самом деле, часть песен канула в лету…

В каждом языке своя фонетика и к ней надо привыкать. В этом отношении татарский язык довольно неплохо ложится на музыку, но есть такие звуки, которые с непривычки очень сложно исполнить. Много прикрытых гласных звуков и от этого звукоизвлечение нужно уметь подстроить под новые условия. Кто-то даже заметил, что тембр приобретает у меня иные краски, когда пою по-татарски. В этом отношении английский язык, на мой взгляд, самый простой для пения, наиболее открытый и мягкий.

Татарское творчество — это одно из направлений, которым я занимаюсь. Так же я пою на русском, английском языке. Иногда по-французски, а вот с недавнего времени по-итальянски. До того, как я стала петь татарские песни, мне всегда как будто чего-то немного не хватало, а сейчас паззл начинает складываться.

Радиф Кашапов — музыкант, журналист, писатель, общественный деятель. Главный редактор «КЗН.Собака.ru». Популяризатор современной татарской культуры — организовал фестивали Jadidfest и Исән!fest, является одним из организаторов и участником концертов молодых исполнителей независимой музыки в рамках ежегодной акции «Мин татарча сөйләшәм».

В музыке с 2000 года. Играл в казанских коллективах «Черная Весна», «НеПрислоняться», «Рифмы», Rhymes. В 2005 году переехал в Санкт-Петербург, работал музыкальным критиком и обозревателем в интернет-ресурсе Openspace (ныне — Colta.ru). В Петербурге музыкальное творчество продолжает в проектах Vodda и Bye-bye violet tapes, стилистику которого определяют как пост-панк, психоделика, даркпоп, tropical.

В 2013 году возвращается в Казань. В 2015 и 2017 годах записывает два сольных татарских альбома — «Тамгалар» и «Өмет станциясе». Музыкант работает в различных музыкальных направлениях, таких, как трип-хоп, рок, инди-рок. Экспериментирует со смешением жанров, языков, использует электронику и звучание живых этнических инструментов. «Тамгалар» были записаны в студиях в Казани, Питере, Хельсинки, Мельбурне, Нижнем Новгороде. В создании альбома «Өмет станциясе» участвовали около двух десятков музыкантов из Казани и Петербурга.

Радиф Кашапов:

Первую песню написал на русском, в 14 лет. Я тогда не знал, как писать песни на английском, и на татарском не было ничего, что нравилось бы мне. Вообще, поскольку татарской музыки, интересной мне, было немного, я цеплялся за все. То есть мне нравятся несколько треков «Сак-Сок», но ведь это же рок из 80-х. Зуля Камалова, которая вошла в мир музыки из этно и КСП, оказалась ближе, хотя я никогда не делал треки, как у нее. Но после ее концерта в 2003-м, кажется, я попробовал что-то написать. Возможно, это песня «Юксынма», в которой она потом спела вокализы. С тех пор я стараюсь общаться со всеми, кто поет на татарском, независимо от того, близка мне их музыка или нет. Мы — сцена, мы должны поддерживать друг друга.

Потом появился лейбл Yummy Music, в которых мне более всего было важно, что в нем действуют люди, которые понимают, о чем я говорю. К примеру, с Оскаром Юнусовым нас роднит большая любовь к Пи-Джей Харви, с Ильясом Гафаровым мы всегда можем обсудить хип-хоп, к тому же мы ищем старые татарские треки и крутим их в клубах. Сейчас я уже не на лейбле, как артист, но все равно в компании. К тому же мне нравится работать с разными людьми, учиться у них.

Для меня песня начинается со звучания слов, а не какой-то мысли. Когда я хочу передать все тонкости, говорить исключительно откровенно, я говорю и думаю только на татарском. При этом меня интересует звучание слов, поэтому я могу соединять языки. Например, могу начать на английском, затем перейти на языки Испании или на тюркский. Это тоже нужно понимать — некоторые русско-английские слова в действительности не наши, но в лексиконе человека они уже присутствуют. И получается, что для русских, изучающих татарский в школе, татарские слова — как некий сленг.

Петь на татарском поначалу было неудобно только с точки зрения силлабики — многие слова хочется произносить по-другому, изменить ударение. Мне кажется, татарские поэты 60-х годов писали даже интереснее сегодняшних — например, Равиль Файзуллин звучит очень удачно. Татарский язык, конечно же, очень выразительный, острый и богатый язык — и, подобно другим тюркским языкам, он подчиняет себе мысли человека. На русском всегда вылезает какие-то готовые паттерны, на татарском зачастую ничего такого нет, надо думать самому.

Ну, я несколько раз говорил, что сказать «Мин сине яратам» мне естественнее, чем «Я тебя люблю». Это родной язык, он свой, он честнее для меня, его выражения, пословицы, афоризмы, все его богатство — оно создано моими сородичами, поэтому я могу спокойно в нем творить.

Ренат Туктаров — музыкант, писатель, сценарист, один из основателей кафе вьетнамской кухни «Фошная» в Казани. Музыкальное творчество начинал как Melan! в родном башкирском городе Стерлитамак. В 2013 году увидел свет его первый альбом PANORAMA II на английском языке. Стиль Melan! сравнивали с The National, отмечая простоту и искренность, печаль в его исполненных под акустическую гитару композициях, вдохновленных природой, «Машиной времени» и воспоминаниями о детстве.

В проекте Melan! музыкант экспериментировал, соединяя русские тексты с западной фолк-традицией. В 2013 — 2016 годах были записаны несколько альбомов — Unreturnable serve (ЕР), Bless 40 (2013), Sin (2014), Half a day [EP], Соленый альбом (2016) . В 2017 увидел свет альбом Statika нового проекта музыканта под названием Kitten Captain — «эмбиент с живыми инструментами, полевыми записями и элементами нойза». Еще один проект Рената Туктарова — «Сикамор» , который играет в стилистике антифолк и анархо-панк.

К родному татарскому в своем творчестве музыкант обратился всего однажды — в песне «Син» («Sin»). Название переводится как «ты» (с татарского), и как «грех» — с английского.

Ренат Туктаров, Melan!:

Когда-то я думал, что мелодичнее будет петь на английском из-за звуков и произношения. Я вырос на англоязычных группах. Со временем начал понимать, что английский нужно совершенствовать, чтобы тексты были качественными. Ввиду недостатка времени и экономии сил (лени), я решил петь на родных языках: татарском на мишарском диалекте, русском. Мне так проще и легче выражать мысли. Что удивительно — на русском сложнее, нежели на английском петь, на татарском — нет. Татарский язык сам по себе мелодичен, как оказалось, и звучит очень даже не стыдно.

До пяти лет не говорил по-русски, и надо мной всегда смеялись в детском саду. Хотя читать уже по-русски и писать умел в силу возраста — отец занимался моим образованием. Дома мы говорим на мишарском и на русском. Сам я по происхождению смешанный: мишарин и отчасти башкирин. Понимаю еще и узбекский, турецкий, азербайджанский.

Как многие знают, татары довольно певчий народ. Застолья, народные песни, праздники. Моя бабушка была учителем биологии и русского языка, а также башкирского. Она играла на мандолине и пела очень хорошо. Дедушка мой был учителем русского языка и литературы и тоже неплохо пел на обоих языках, и все еще иногда поет. Все это подражание западу ушло с возрастом, и я уже пою на английском чисто из-за того, что слушаю много западной музыки. К сожалению исполнителей хороших музыкальных современных на татарском и нет вовсе. Одна эстрада, за которую мне порой стыдно.

Послушать ЕР "Sin" на  bandcamp.com

Я считаю себя русским из-за того, что считаю, что все люди русские на земле российской. Говорю на русском и думаю, но чту свой язык и традиции и буду чтить всегда. Надеюсь, а я постараюсь, мои дети будут знать и русский и татарский. У меня три родных языка: русский, татарский и башкирский.

Впервые я спел на татарском еще в детстве в народных песнопениях. Всегда чувствовал единение с родными. Правда. Иногда кажется, что пора возрождать народную музыку, но в более современном виде, но без пошлости и глупости, как нынче делается все это.

Я решил не стесняться и попробовать спеть на татарском. Получилось. Слышал множество отзывов от людей разных национальностей. Некоторые говорили, что похоже на финский. Верно подметили, ведь татарский (именно мишарский) язык является финно-угорским смешанным с тюркским.

Песня «Син» о месте на земле, как и все песни татарские, и о любви.

С детства видел и участвовал в обрядах народных, которые по сути своей языческие, нежели мусульманские. Советская власть не искоренила этого в народе. Помню, как в детстве прабабушка брала с собой на речку, и там было множество детей и старушек. Варили кашу и суп, поливали друг друга водой. Это был обряд дождя. Засуха была в 90-е в тех краях, вот и молились Богу Воды.

С возрастом я начал интересоваться культурой своего народа. Прочел множество книг об этногенезе, антропологии. Всюду есть распри и споры, но все же ясность некая в голове появилась. Чем больше изучаю, тем больше понимаю, что все мы братья на нашей земле российской. У каждого в крови и татарин, и славянин.

Алия Сабирова

17.04.2018 13:12

Поделиться статьей

Чтобы всегда быть в курсе последних событий, подписывайтесь на наш канал в Telegram

Новости по теме