Поиск

Семь политических вызовов для Татарстана и «проблема 2020»

Философско-историческое отступление

Апатия, что поразила наше общество, выливается в спешный декаданс. Растут пессимистические настроения, чёрная философия отчаяния и тяга к деструкциям стали нормой нашего бытования. На это накладывается психологическая усталость от окружающей несправедливости и безальтернативности. В какой-то момент деструкция доходит до точки, которая трансформирует пассивное отрицание действительности в акт радикального дела. Век назад Российская империя этот путь уже проходила. Хождение по кругу — историческая карма России. Шарнир времени заскрипел в потужном процессе переворачивания основ.

Что принёс нам Соловей?

Тут политолог Валерий Соловей, близкий к одной из башен московского кремля, опубликовал тезисы о настроениях в элите и общественных запросах. Собственно, вот они:

  1. За прошедшие 8–10 месяцев резко уменьшились оценки запаса прочности системы. Если весной подавляющее большинство наблюдателей давало ей от пяти до десяти лет, то сейчас те же самые люди оценивают запас прочности в два-три года, непременно оговаривая возможность ухудшения прогноза.
  2. Первопричиной ухудшения ситуации считается кардинальное снижение качества управления и управляемости на всех уровнях и во всех частях системы, что выражается, в частности, в росте числа управленческих ошибок и глупостей.
  3. Тренд снижения популярности верховной власти оценивается как необратимый в своей фундаментальности и ведущий к тому, что система лишится своей главной опоры.
  4. Еще не апокалипсические, но крайне тревожные ожидания охватывают бюрократию всех уровней и финансово-экономические круги. Ощущение приближающего исторического финала впервые стало столь ощутимым.
  5. Никто всерьез не верит в возможность переломить негативные тренды и спасти систему. Хотя спасение системы постараются имитировать, на самом деле происходит переход к групповым и личным стратегиям спасения.
  6. Главная из этих стратегий предельно цинична — урвать кусок напоследок. (История наступления ПИКа в Кунцеве показательна.) В бытовом поведении бюрократии и элит усиливается сознательное и бессознательное игнорирование любых общественных конвенций. (Сюда уходят корни возмутительных заявлений ряда функционеров.)
  7. В случае формирования в стране дееспособной оппозиции развитие негативных для Кремля тенденций резко ускорится.

Семь вызовов для Татарстана

Мы же попробуем проанализировать ситуацию внутри Татарстана, на которую, бесспорно, прямое влияние оказывает то, что происходит в целом по стране. Но у нас есть своя специфика. Татарстан продолжает оставаться одним из центральных, стержневых регионов и в экономическом, и в политико-идеологическом плане. Казань пока что претендует на свою политическую повестку, со смещением в сторону экономического федерализма, особого прокси-статуса при выстраивании отношений с исламским и тюркским миром. В условиях ослабления политических ресурсов татарстанская элита попытается использовать экономический лоббизм. Однако Татарстан стоит на пороге серьёзных вызовов:

1. Главный вызов для всей татарстанской политической системы — «проблема 2020 года».

а). В этот год должны состояться выборы президента республики. Рустам Минниханов готов идти на третий срок. Но на это ещё должна дать добро Москва. Сергей Кириенко в ПФО поменял всех глав, за исключением Татарстана. В условиях ускоряющейся турбулентности возрастают и риски нелогичных политических решений (см. выше тезисы Соловья). Есть ли у казанских политических администраторов план «Б» в этом случае?

б). Вступает в действие отсроченный для Татарстана закон о наименовании глав субъектов федерации, попросту говоря, больше не будет должности «Президент Республики Татарстан». Казань долго билась за этот статус. Придётся от него отказаться и идти на имиджевые потери, и, что символически не менее важно, придумывать новое наречение руководителю РТ. Как это будет технически сделано — через референдум или местный закон — не известно. Кстати, по наречению руководителя Татарстана предлагаем свои варианты: председатель (раис — по-татарски), башкан, канцлер.

в). В кратном 2020 году состоится масштабное мероприятие — всероссийская перепись населения. Она проходит раз в десять лет. Для Татарстана перепись всегда головная боль, так как федеральный центр и в 2002 и в 2010 годах предпринимал политически ангажированные действия по расчленению татарской нации на десятки субэтнических групп, провоцируя внутринациональный сепаратизм. Цель очевидна — уменьшить численность татар на федеральном и республиканском уровнях, чтобы иметь дополнительный довод в пользу ликвидации республик, чьи титульные нации не составляют большинства населения. Сейчас институт Антропологии и этнологии РАН вновь планирует ряд таких диверсий. Например, предлагается ввести новую «резиновую» идентичность: «татаро-башкиро-русский» или «татаро-русский». К какой этнической группе затем будут отнесены эти «растянутые» национальности, непонятно?

Так как лишь 25% татар проживает на территории Татарстана, то требуются немалые организационные (выезды в регионы компактного проживания татар творческих, научных, общественных спецбригад из Казани для проведения разъяснительной работы), информационные, финансовые, человеческие, методологические ресурсы. В случае, если Москва добьётся своего в этом вопросе, это будет означать очередное ослабление политических позиций республики, как это произошло после отмены обязательного преподавания родного языка в школе (Татарстан единственный национальный субъект, который боролся до последнего).

г). 100-летие образования ТАССР. На первый взгляд проблемы нет. Но при приближении она проступает через нанесённый праздничный лоск: организационные ресурсы бюрократии будут задействованы в планировании и проведении юбилейных мероприятий. Радужно-праздничный настрой, ожидание премий и наград отвлекут и частично переориентируют взгляд среднего исполнительского звена от решения стоящих политических задач «проблемы 2020 года». Это может сыграть решающую роль.

Резюмируя, в 2020 году исполняется 30 лет современному Татарстану — и этот рубеж экзистенциальный для республики. Многое на кону, серьёзный тест на прочность всей системы.

2. Ощущается нервозность в республиканской элите. Отчасти она обусловлена «проблемой 2020», неопределённостью политическим будущим. Это выражается, частности, в нападках АП на самое влиятельное региональное издание «Бизнес-онлайн». Неподконтрольность БО сильно беспокоит АП, который, естественно, держит в уме предстоявшие выборы президента и депутатов Госсовета РТ. Опять-таки рост турбулентности и невозможность как раньше контролировать всё и вся — причина резких и опрометчивых решений главного исполнительного института президента. Вынос проблемы в публичную плоскость — дурной знак для республики.

3. Выше мы уже коснулись этой темы: в 2019 году состоятся выборы в Государственный Совет РТ. Наверное, наиболее важные за последние 25 лет. И вот почему. В случае политического обострения отношений с Москвой (а при ухудшении общего политико-экономического состояния — кризисных явлений по линии «Центр-регионы» не избежать) Госсовет может стать плацдармом обороны. Казанский Кремль сознательно сместит в парламент центр политической тяжести. Так как с парламентом тяжелее совладать. Известная тактика.

Встаёт проблема подбора лояльных, но в то же время политически стойких кандидатов, которые в час Х могли бы отстаивать интересы республики (но так, чтобы избежать путча глав в середине 90-х, где в политическом заговоре Алтынбаева-Низамова участвовала значительная часть депутатского корпуса). Политический костяк Госсовета составляют люди под или за 70 лет. В их число входит и спикер ГС, политический тяжеловес — Фарид Мухаметшин. Та же проблема и с «татарской национальной» фракцией, сторонников татарстанизма и федерализма, собранных в движение «Татарстан — новый век».

Здесь же необходимо учесть и интересы нескольких финансово-промышленных и родственных кланов, они будут настаивать на своём представительстве в парламенте. Тот, кто будет сводить общий список — и есть один из главных людей в политическом истеблишменте Татарстана.

4. Очевидно, что общий тренд на нагрев общественного недовольства затронет республику тоже. Вопрос только, какая из социальных, политических или гражданских групп будет триггером этого процесса. Сейчас уже выделяются обманутые дольщики, противники мусоросжигающего завода в паре с экологами, пока ещё структурно не оформившиеся социальные группы, наиболее пострадавшие от недавних реформ правительства РФ (пенсионная, налоговая). Коммунистов купировали, в том числе через изоляцию второго секретаря татарстанского отделения КПРФ Артёма Прокофьева. Глава местного КПРФ Хафиз Миргалимов человек полностью встроенный в здешнюю вертикаль. Есть подготовленные московскими политтехнологами малочисленные группы провокаторов типа Щеглова или Общества РоСТ, цель которых раскачивать межнациональный мир в республике.

5. Существует риск того, что при проведении конституционной реформы (есть такие планы у Москвы), будет изменено административно-территориальное устройство страны. То есть — ликвидация национальных республик и создание крупных экономико-административных единиц, так называемых агломераций. Такие проекты уже всплывали неоднократно и в этом, и в прошлом году (Алексей Кудрин, Минэкономразвития, ряд депутатов ГД РФ). Идёт прощупывание общественной реакции и реакции региональных элит, которые, за редким исключением, не представляют сегодня значимой силы. Реформа может придтись на 2020–21 годы. Как быть Татарстану? На этот экстренный случай должен быть уже прописанный проект-концепт: «Татарстан без территории, или экстерриториальная республика».

6. Наблюдаются межклановые трения в основном в экономической сфере. Это естественный процесс. Однако в эти трещины в кризисные моменты неизбежно будут проникать внешние силы, политически ослабляя внешний монолит элитного единства. Игра на внутренних противоречиях тем самым упрощается.

Ещё одна существенная проблема: космополитизация нового поколения политической, экономической и управленческой элиты. В отличии от своих старших товарищей у них плохо развито политическое и национальное самосознание. Они смутно представляют идеалы татарстанизма, на которых зиждется особый статус Татарстана и, как следствие, его достижения, и часто ориентированы на финансовый и карьерный успех. А значит — они слабое звено.

7. «Татнефть» и другие значимые промышленные авуары в зоне риска. Они пока находятся в республиканской собственности (по преимуществу) . Однако по мере ухудшения экономической ситуации в стране, падения цен на энергоносители (что сейчас уже наблюдается) условный Сечин начнёт атаку на этот экономический бастион, как он пошёл войной на независимые АЗС, несмотря на окрик вице-премьера РФ Козака. «Татнефть» единственная региональная кампания такого масштаба, которая до сих пор находится в «автономном» плавании, и не примкнула ни к одному из крупных нефте-газоконсорциумов («Газпром», «Роснефть»).

Надо понимать, что «Татнефть» является экономическим базисом Татарстана. Здесь тот случай, когда экономика подпирает политику, и наоборот. Потеря одной составляющей неизбежно влечёт за собой падение второй.

Естественно, это лишь общие штрихи, требующие дополнения и нюансированного анализа.

Руслан Айсин

27.11.2018 10:16

Поделиться статьей

Чтобы всегда быть в курсе последних событий, подписывайтесь на наш канал в Telegram

Новости по теме